к событиям на Ближнем Востоке
В 2012 году проектная группа «Знаниевый реактор» провела стратегическую игру «Гибель Израиля» в рамках исследовательской программы «Геостратег». Вводная информация к игре была простой:
«В начале 2020‑х годов политическая обстановка на Ближнем Востоке резко обостряется. Это связано, прежде всего, с хозяйственной деятельностью израильтян на палестинских территориях, затем с ростом активности сторон вокруг мечети Аль‑Акса на Храмовой горе. Соединённые Штаты Америки отвлечены своими внутренними проблемами: после выборов 2020 года противостояние республиканцев и демократов перешло на уровень острого внутриполитического конфликта с отчётливой перспективой его военного разрешения. Ресурсы на то, чтобы помочь Израилю, у США, конечно, оставались, но любое действие президента в этом направлении дополнительно обостряет внутренний конфликт. В результате США тянут время, у Европы нет необходимых сил и средств, чтобы вмешаться в конфликт, а у России — желания сделать это». Напряжение непрерывно росло, и к концу игры дело дошло до ядерного минирования Храмовой горы. «Так не доставайся же ты никому».
Тотальную катастрофу отменил Господь, позиция которого тоже отыгрывалась. «Взрыва не будет, — мрачно сказал он. — Только не считайте это милосердием». В той же игре, тяжёлой и мрачной, представитель Израиля подвёл итог: «У нас нет больше союзников. Кроме “Моссада” и ЦАХАЛ».
По мере развития фазового кризиса, вехи которого COVID‑19, «Великая перезагрузка» К. Шваба, СВО, начало «войны инфраструктур» («Северный поток», Крымский мост), развитие межпартийного гражданского конфликта в США, я всё чаще вспоминал эту старую игру. Одним из сентябрьских прогнозов «ключевых событий ближайшего будущего», то есть на период 2023—2024 гг., стало «резкое обострение ситуации на Ближнем Востоке».
Можно сказать, что «погоды (на Ближнем Востоке) стоят предсказанные», но в действительности сработал один из главных парадоксов прогностики: будущее вытекает из прошлого, но реализуется совершенно неожиданным образом. И я должен сказать, что ожидал кризиса, но, во‑первых, не так скоро и, во‑вторых, не совсем такого.
Даже, наверное, совсем не такого. Само собой разумеется, что ХАМАС будет разгромлен — насколько это понятие применимо к гетерархической структуре; сектор Газа зачищен, палестинцы изгнаны оттуда чуть менее чем полностью, участники «контртеррористической операции» получат там землю и то, что останется от недвижимости. То есть Израиль одержит в конце концов полную победу? С формальной точки зрения — да, наверное. С содержательной же, Израиль не получит мира, даже «худшего, чем довоенный» (Б. Лиддел‑Гарт).
И это заставляет прогностика поставить вопрос о скорой гибели Израиля.
Этот вывод настолько важен, что, конечно, нуждается в подробном обосновании. Проблема ведь не в том, что ХАМАС сумел нанести неожиданный удар, повлекший за собой материальные и человеческие потери. В конце концов, «война Судного дня» в 1973 году, ровно 50 лет назад, началась для Израиля гораздо хуже. Египет форсировал Суэцкий канал и развернул наступление на Синайском полуострове, за несколько часов проломив оборонительную позицию, которую израильтяне создавали шесть лет. Сирийские танки двинулись к Голанским высотам, и это был последний как‑то подготовленный рубеж, прикрывающий сердце Израиля. Какое‑то время всё висело на волоске, но Израиль вышел из той войны неоспоримым победителем, и после Кэмп‑Дэвидских соглашений его будущее выглядело безоблачным. Что же изменилось сейчас, раз уж я не питаю никаких иллюзий относительно возможностей ХАМАС?
Судьбы эксклавов
Говоря об Израиле, прежде всего, следует обратить внимание на уникальность этого псевдогосударственного образования. Приставка «псевдо» здесь не должна восприниматься с эмоциональной позиции. Классическое государство — это способ включения нации в историю(1). Но еврейская нация была включена в мировую историю с первых библейских свитков, тысячелетия назад. Государство, созданное в 1948 году решением ООН, к этому никакого отношения не имеет.
Далее, это государство было создано не евреями, а международными структурами, то есть, прежде всего, США и СССР (роль Великобритании была в тот момент более слабой, хотя до войны именно она владела мандатом на Палестину). Ни по способу создания, ни по начертанию границ оно не имело отношения к древнееврейским государствам на Земле обетованной — Израилю и Иудее, поэтому, используя популярный в Библии оборот, «до сего дня» многие правоверные иудаисты отказываются признавать Израиль.
Как бы то ни было, еврейское государство в Палестине было создано, и немедленно разразилась война. Опираясь на свои силы, то есть на приехавших защищать страну советских, английских и американских евреев с опытом войны с гитлеровской Германией, Израиль отстоял своё существование и оккупировал ряд арабских территорий общей площадью 1300 кв. км. Можно сказать, что в этот момент были посеяны семена будущего векового конфликта, но в действительности это не так.
Причиной векового конфликта стало само существование Израиля, провозглашение его.
Суть дела в том, что после битвы при Ярмуке в 636 году Палестина и Сирия были потеряны Византией и стали одной из «ядерных территорий» исламского мира. Хозяева менялись, но исламская идентичность этих земель сохранялась.
Исключением стала эпоха Крестовых походов, которая представляет для нас особый интерес. Воспользовавшись пассионарным взрывом, умело реализуя преимущества тяжёлой рыцарской конницы, католическая Европа захватила Палестину, образовав в конце XI века Антиохийское и Иерусалимское королевства, Эдесское княжество, графство Триполи. Но, исполнив свой обет, крестоносцы ушли домой. Очень немногие остались в Святой земле, где христианские территории быстро превратились в изолированные островки, окружённые исламским морем.
Государства крестоносцев на Ближнем Востоке представляли собой эксклав — полностью изолированный очаг культуры, чуждой для данной территории.
Общие принципы геополитики утверждают, что эксклав не удерживается позиционно. Он или непрерывно растёт, в конечном счёте подчиняя всю окрестную территорию себе и меняя её идентичность, либо же схлопывается и исчезает. И в том, и в другом случае «эксклав означает войну». Он создаётся войной, существует войной и войной уничтожается.
Уже в 1144 году крестоносцы теряют Эдессу, город, важнейший с точки зрения логистики, открывающий прямой путь из Византийской империи на Ближний Восток. Второй Крестовый поход 1147—1149 гг. терпит полную неудачу, и в 1187 году Салахад‑Дин берёт Иерусалим. Потом было ещё много походов, в какой‑то момент европейцы даже вернули Вечный город, выкупив его у арабов, но потом арабы взяли его обратно, их сменили турки, и к 1303 году все земли крестоносцев постепенно перешли к ним. Всего крестоносный эксклав на Ближнем Востоке прожил чуть больше 200 лет, причём второе столетие — это просто медленная, мучительная агония.
В ХХ веке ситуация в целом повторилась. Разница в том, что великие державы на этот раз создали в Палестине не христианское (католическое), а иудейское государство, и это единственное различие — не в пользу Израиля.
Христианский мир Средневековья был огромен. За ним стояло воспоминание о христианской Римской империи, владеющей и Египтом, и всем Ближним Востоком. Очень теоретически, договорившись с православной Византией и, в обязательном порядке, удержав Эдессу, христиане могли связать Иерусалимский эксклав с христианскими землями. Он, безусловно, оставался бы приграничной территорией, «землями войны», но мог бы удерживаться столетиями.
Иудаизм локален. Да, он является основанием и для христианства, и для ислама, но христианство и ислам, будучи мировыми религиями, не часто обращаются к своим основаниям. В этом отношении Израиль — эксклав даже в большей степени, нежели королевства крестоносцев.
А это означает, что Израиль обречён на войну. Руководство Израиля и его народ это понимают или, по крайней мере, раньше понимали. И пока арабо‑израильские войны были успешны для Израиля, существование иудаистского эксклава на Ближнем Востоке не подвергалось сомнению. Другой вопрос, что военные действия Израиля всегда оставались стратегической обороной. И обороной, на длинном времени безнадёжной: любая самая яркая, самая красивая победа Израиля не изменяла рисунок векового конфликта. Эксклав оставался эксклавом, Израиль лишь выигрывал сколько‑то времени.
Это, конечно, тоже было успехом, и после Кэмп‑Дэвида в мире сложилось впечатление, что при жизни нашего поколения Израилю ничто не угрожает. Рано или поздно, конечно, эксклав падёт, но это может произойти лет через двести.
Последние союзники
Но война 2023 года развивалась совсем не по привычному сценарию.
Во‑первых, ХАМАС удался внезапный удар. Это было важно не само по себе, но как демонстрация того, что ставка на техническое превосходство (система «железный купол», следящие устройства, воздушная и космическая разведка) — не панацея и не страховой полис. Их можно обмануть. Или же тех, кто управляет этими устройствами, можно подкупить.
Первый результат войны — арабы преодолели свой «комплекс технологической неполноценности».
Это неприятно для Израиля, но не фатально для него.
Основные проблемы возникли позже, и, что важно, вина ХАМАС в этих проблемах отсутствует полностью. Израиль всё сделал сам.
Началось всё с истеричных заявлений руководства страны о том, что «палестинцы не люди», что «эти недочеловеки должны захлебнуться в своих испражнениях», что любые действия против сектора Газа оправданы вне всякой зависимости от возможных потерь среди мирного населения, что все, кто не принимает линию поведения Израиля целиком и полностью, являются «пособниками террористов» и с ними разберутся в своё время.
Это не было смешно. Это было глупо и стыдно. Израильское руководство с очевидностью «потеряло лицо», что на Востоке недопустимо.
Затем Израиль потребовал полной депортации палестинского населения из сектора Газа. Подобную депортацию нельзя было выполнить даже технически, соответствующее дипломатическое давление только вызвало негативную реакцию Египта. Но требование Израиля — само по себе — предполагало массовое переселение людей со своей исторической родины. Это имело особое значение именно для палестинцев, которые — не суть важно, обоснованно или нет, — отождествляют себя с библейскими филистимлянами, то есть полагают свои исторические права на территорию Палестины более древними, чем у самих евреев. И, во всяком случае, это требование шло вразрез с любым правом — от обычного (то есть местных традиций) до международного. В сущности, то же самое переселение народов, за которое до сих пор либералы ругают советский режим и товарища Сталина. Но там, по крайней мере, переселение осуществлялось в рамках одного государства.
Наконец, Израиль начал военную операцию в Газе, до боли напоминающую уничтожение варшавского гетто. И даже эту операцию, которую большая часть мира полагает преступной, Израиль не смог выполнить как следует.
Выяснилось, что руководство ЦАХАЛ не в курсе событий СВО. Оно ухитрилось «проспать» всю российско‑украинскую войну и осенью 2023 года с удивлением узнало про существование дронов‑камикадзе, минных полей и ручных противотанковых средств ближнего боя. На итогах боёв в секторе Газа это никак не сказалось, но на темпы операции и уровень потерь повлияло изрядно.
Последние союзники Израиля — «Моссад» и ЦАХАЛ — безобразно проявили себя в войне. «Моссад» не заметил подготовки противника к массированному ракетному удару. ЦАХАЛ пропустил очередную революцию в военном деле. Политическое руководство страны сначала устроило истерику, а затем начало косплеить тоталитарные режимы середины ХХ века.
Арабские страны сделали ожидаемый вывод: современный Израиль беспомощен. Разумно вести не способен. У израильтян больше нет ни Моше Даяна, ни Голды Меир, ни Ариэля Шарона, ни Авигдора Бен-Галя. И если раньше ЦАХАЛ одерживал победы, уступая противнику 3:1, то теперь он может побеждать лишь при своем превосходстве 3:1 и в условиях полного господства в воздухе.
Ликвидация проекта
Всё могло кончиться сразу, ещё осенью 2023 года, новой масштабной арабо‑израильской войной с участием Египта, Сирии, а возможно, и Ирана, и даже Турции. Но вмешались два обстоятельства.
Хотя на словах, конечно, арабские лидеры призывают к помощи палестинцам, в действительности уничтожение основных сил ХАМАС не воспринимается ими как трагедия. Более того, они в разгроме ХАМАС прямо заинтересованы. И очень хорошо, что это будет выполнено руками Израиля.
Палестинцы будут ненавидеть Израиль, который на десятилетия станет «землёй войны». Уровень террористической угрозы вырастет в разы, а адекватно усилить меры безопасности Израилю не удастся — они и так 41 № 2 (120), 2024 себя в критической ситуации он уже уже запредельны. И «вишенка на торте»: теперь у арабских стран всегда есть повод к войне — геноцид палестинского мирного населения в секторе Газа. То есть они смогут начать войну, когда им будет удобно. Тем более арабские лидеры прекрасно понимают, что военные возможности Израиля будут только сокращаться. (Вновь вспомним логику развития эксклавов и историю государств‑крестоносцев.)
Таким образом, первой причиной отложить войну является желание арабских стран уничтожить или, по крайней мере, ослабить ЦАХАЛ. Второй и главной причиной являются США. Да, население Соединённых Штатов не так уж безоговорочно поддерживает Израиль, но Дж. Байден — безусловно, на его стороне. И есть смысл подождать выборов 2024 года, когда или сменится позиция США, или конфликт между демократами и республиканцами перейдёт в «горячую» стадию, и американцам станет просто не до Ближнего Востока. Время работает против Израиля, и все это понимают.
И лучше других это понимает еврейская диаспора.
Называя выше Израиль «псевдогосударственным образованием», я не вкладывал в это оскорбительного смысла. Израиль создали не евреи, его создали державы — победители во Второй мировой войне, и только отчасти под давлением еврейского лобби. Но это давление было. Оно было обусловлено историческими, культурными, религиозными факторами. Усилия великих держав и еврейской диаспоры вылились в «проект Израиль». Государства складываются исторически, псевдогосударственные образования создаются как проекты.
Но всякий проект имеет ограниченное время жизни, у него обязательно есть «дедлайн». Никто никогда не предполагает, что он будет существовать вечно.
далее
